Momento Amore Non Belli

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



recollect

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

23.12.1995
S.B.&R.B.

16 лет
две жизни
одна война
одна память
которой нет
два брата
которых давно уже нет
два имени
которые значат слишком много

забытые
вспоминай их

войну
чужие жизни
вспоминай.
У Блэков не бывает просто.
http://savepic.net/4095102.png

Отредактировано Regulus Black (2015-05-23 18:01:25)

+1

2

Воспоминания душат
Рвут душу
Сотни осколков
Уже ненужных
Тени прошлого,
Вы – иллюзии,
Оставьте в покое
Это будущее.
Или…постойте…
Не надо…брат?!
Кто б ни был ты –
Вернись назад.

Непонятно, как он вообще мог отпускать его куда-то. Ему хотелось быть с братом каждую минуту его жизни, чтобы компенсировать все то, что было утрачено. К сожалению и к счастью одновременно, брат этого не помнил. И он уходил, не подозревая ничего особенного, ведь он жил новой жизнью. Возможно, когда-нибудь он вспомнит что-то из прошлого…и дай Мерлин, чтобы это были не самые горькие моменты.

Когда он впервые его увидел, он понял, что окончательно сошел с ума. Вероятно, его мозг уже воспроизводит картинки из его памяти.
Сириус мысленно горько усмехнулся: ну и шутки же у тебя, подсознание.
А все-таки сердце колотилось до боли. Что-то было в нем не так, как будто он…повзрослел? Ничего себе, фантазия еще и на такое способна. Жестокая.
Он зажмурил глаза, досчитал до десяти, чтобы наваждение уж точно смогло скрыться в легкой снежной дымке, и открыл их вновь. И едва не подпрыгнул тогда от испуга: теперь он стоял ровно перед ним, склоняясь, чтобы потрепать за ухом.
Если у собак бывает ступор, то его только что можно было наблюдать. Ведь эти глаза…нет, никакая иллюзия не может обладать такими настоящими ЕГО глазами.
Что за черт…Мерлин…мир переворачивается…не-воз-мож-но это, понимаете, невозможно!
Но тогда он впервые оказался у него дома. Все было слишком реально и слишком похоже на брата…вся обстановка комнаты напоминала ту, на площади Гриммо, 12. Это правда был он, но как, как?!
Мозг отказывался представлять хоть одно разумное объяснение, а сердце разрывалось от эмоций, которые выкачали все силы из его организма, и так некрепкого после Азкабана. Хотелось вернуть человеческий облик и броситься брату на шею, хотя он ничего не поймет. Видимо, не поймет. Раз до сих пор не понял. Он и не знал, что может ему сказать…ведь он никогда не думал, что может увидеть его вновь. Он так долго пытался убедить себя, что брат остался в прошлом, что теперь сознание совершенно запуталось, чему же верить.

Тогда ему пришлось сбежать, но только ради того, чтобы потом вернуться обратно. Он пропал из Ордена уже несколько дней назад, но был уверен, что никто не примется его искать. Кому какое дело до беглого каторжника…Римус на задании, Гарри учится и вообще не в курсе того, что происходит. У остальных своих забот по горло. Тем более он не в первый раз уходит из дома, что бы ему ни велел Грюм. Кто он ему, в конце концов…не более чем старый товарищ. Не мог он сидеть взаперти в том месте, которое давит на него воспоминаниями со всех сторон…давила одновременно и любовь, и ненависть, и обида, и злость, и тоска, и сожаление. Они смешивались и сводили с ума.
Оставаясь там в одиночестве, он начинал говорить сам с собой, лишь бы не слышать голосов прошлого, шепчущих ему в голове.
Он не мог видеть портрет матери, потому что на него начинала кричать не она, а его собственная совесть. Все те эмоции выливались в раздражение и злость, ведь зачем кому-то признаваться в том, что он на самом деле чувствует? Кому это надо? Он один.
Перешагивая через себя, он заставлял себя заходить в свою комнату. Через какое-то время он просто к этому привык и перестал предавать так много значения, хотя ночевал он все равно где угодно, только не там. А в комнату брата так и не смог зайти…не смог, сколько ни порывался.
И теперь он в его комнате. В другой, но такой же его. Впрочем, здесь не так больно. Очень нервно, напряженно, и сердце до сих пор не может успокоиться. Даже когда его нет дома.
Сириус растянулся на диване, наслаждаясь человеческим обликом. Однако он не смог пробыть на одном месте дольше пяти секунд. Ему необходимо было исследовать все его жилище…документы, фотографии, счета, журналы – все, что угодно. Что произошло? Как он мог жить здесь 16 лет и ни разу не столкнуться ни с кем знакомым? Как?
Ничего напоминающего о магии. Самый обыкновенный (хотя как можно называть Регулуса обыкновенным?) маггл. И газеты обычные, неподвижные. Сириус даже улыбнулся, пока рассматривал его стол. Это был точно он. Даже живя в магическом мире, случаются вещи, которые можно назвать не иначе как «чудом».
За своим исследованием Сириус совершенно потерял счет времени. Он не думал о нем. Время остановилось в тот миг, когда он увидел его глаза спустя столько лет.

0

3

Развязаны руки. Король подождет.
Не порваны струны, гитара цела.
Привычно певец ее в руки берет,
В немом ожиданьи толпа замерла.

Самоубийство - это результат долгой болезни. Можно сколько угодно говорить себе и всем вокруг, слышать от окружающих, что ни в чем не виноват и ничего никто поделать не мог. Это печально, но он сам решил и смиритесь. Смирение и смерть - похожие слова. Но как же быть иначе? Самоубийство - это итог долгой болезни. Которую чаще никто не замечают, проходят мимо и говорят себе, что у них же все есть. И богатство, и власть, и друзья, и дурная компания. А редкие жалобы - они так, для смеха. Зажралась же господская душа.
Николас был неплохим журналистом и, в принципе, не был таким уж ханжой. И всякое бывало в его жизни: и в желтой прессе поработал, и на заказ писал, в том числе, откровенную грязь, выворачивая факты наизнанку. Конечно, благородной работы типа военных командировок и вполне достойных критических статей о коррупции и криминальном мире Лондона было тоже не мало, но.
Но, черт возьми, эта статья, откровенно хающая несчастную девочку и ее отвратительный поступок, ведь у нее все же было: деньги, власть, репутация пай-девочки. Заставляла испытывать не слишком добрые чувства и желание найти того индюка. И мирно с ним поговорить на тему того как поступать не надо. С наглядными примерами, а что если иначе.
Как же бесит. Суицид - это край, когда человек уже не может больше. Это последняя стадия рака мозга. Когда уже невозможно. Когда дышишь через раз. Два. Раз. Два.
Вдох-выдох.
День-то в общем выдался хороший, но ныне домой Грей топал в явном раздражении и даже где-то злости. М-да, неудачное окончание вечера, и дело даже в не том, что Сара отменила свидание - они скорее друзья со случайным сексом по дружбе и каждый это понимает, но нет. Упорно твердят, что отношения и все прекрасно - так проще, так никто не лезет.
Это ценно, потому что так никто не лезет и не стремиться познакомить вот с ним, этим и тем. Это хорошо, можно дышать полной грудью. За всю жизнь, которую Николас помнил, он привык к одиночеству, свободе и спокойствию. Хотя спокойствие - это, наверное, сильно сказано, потому что Грей явно если и не адреналиновый маньяк, то где-то к тому близко.
Его жизнь началась не то в шестнадцать, не то в двадцать. Потому что он не знал своего возраста, имени, семьи. Амнезия - она штука такая. Стирает все, не спрашивая и не изменяясь. Иногда от этого было очень больно, а периодами Николас думал, что может быть оно и к лучшему.
Потому что все что он помнит, было лишь тенью воспоминаний имен, лиц. Когда-то он надеялся, что его найдут, потом отчаялся, а теперь это все уже в прошлом.
Прошлое мертво и незачем его ворошить. Все равно не вернешь, а ему теперь уже точно не шестнадцать и даже не двадцать пять. Слишком много прошло, а Грей не хочет никого мучить. Если за все время были лишь тени, то зачем приносить боль тем, кто может быть его ищет?
Николас не хочет. Ни знать, ни вспоминать.
Отболело.
А дома горел свет и Грей мгновенно насторожился. Надо бы, наверное, сразу вызвать полицию, но радостный Риус, совершенно счастливый и умиротворенный, слегка унял беспокойство. Ник потрепал сенбернара по холке и ступил на лестницу. Ходить бесшумно очень полезный навык. А позвонить ещё успеется, в конце концов, любопытство и адреналиновая зависимость.
Он стоял в дверях и смотрел на такого знакомого незнакомца. Откуда? Почему?
Тот его пока не замечал, увлеченно роясь в столе и бумагах, а Николас думал.
- Сириус! Не надо. Уходи, что от меня нужно? Ты уже все выбрал!
- Рег...
- Нет. Иди.
Николас помотал головой, отгоняя отголоски теней и пристальней всмотрелся в типа, который явно по жизни выбрал образ в бомж-стиле. И откуда это? Грей встряхнулся, наконец, вспомнив. Господи Боже, это же тот каторжник из неоткуда, канувший в некуда, по которому сходили с ума СМИ пару лет назад. Ну и сам Грей с интересом провел исследование и пришел к выводу, что ни черта об это гоподине неизвестно. Ни где сидел, ни за что, ни почему. Сплошные вопросы, прямо конфетка, а не история. Да и серия статей получилась отменной.
Неужели этот персонаж стал таким близким, что кажется родным? Не ожидал Николас от себя такой сентиментальности.
- Чем обязан, мистер Блэк?

- Что смурной такой, а, мелкий?
- А тебе чего? Ты же все время с этими своими.
- Ревнуешь?
- Больно надо! И вот тебе письмо от мамы, опять через меня.

И сбитые пальцы прижмут аккорд,
На грифе кровавый след оставляя,
Но менестрель-безумец поет,
Ни крови, ни стали струн не замечая.

Отредактировано Regulus Black (2015-05-23 18:14:27)

0



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC