Momento Amore Non Belli

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Momento Amore Non Belli » Архив незавершенных отыгрышей » Дырявый котел (Октябрь 1988 года)


Дырявый котел (Октябрь 1988 года)

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

.




"Я разрываюсь между любовью ко всем этим людям и желанием продолжить отношения с одной стороны и мечтой вычеркнуть все это из памяти с другой..." ©







.

0

2

Сегодня лежачих не бьют - завтра их добивают.
Такое бывает, бывает, бывает, бывает и хуже -
Бывает, о них забывают, оставив на ужин,
Бывает: красиво снаружи, а внутри нарывает -
Бывает, бывает...

Сперва она ушла из Аврората. Чуть позже она ушла из Соколов. А вместе с тем и вовсе из магического сообщества. Внезапно обнаружилось, что за три сезона она, сама того не ведая, скопила приличное состояние, по сравнению с тем, что она могла себе позволить, работая аврором. Его хватило на маленький и ветхий домик в пригороде Лондона, в не самом богатом, но как позже выяснилось, семейном районе. Ей было плевать на район, состояние ремонта и полное отсутствие мебели. Она угодила своему сиюминутному желанию обзавестись собственным жильем, оплатив его сразу, не влезая в долги и кредиты. А запросы у нее были небольшие. В старье Баркер видела своеобразную романтику, производить впечатление размерами дома или обстановкой ни на кого не собиралась, а для жизни ей нужен был минимум. Дом ее, как никогда раньше, напоминал логово свободной художницы, матрас на полу, одиноко стоящая в углу вешалка, подоконник все так же был местом для приема пищи. Первые несколько дней любопытствующие соседи только и видели, как то в одном, то в другом окне девушка лихо орудовала швабрами, щетками и прочими орудиями уборки, приводя в должный вид свой новый дом. На третий день сработала какая-то неведомая система и к ее двери с целью познакомиться, словно муравьи, потянулись местные жительницы, волоча с собой пироги, запеканки и своих детишек. Лишь к вечеру Баркер осталась одна в окружении многочисленных съестных даров, после чего еще несколько недель упивалась новыми чувствами обладательницы собственного жилья, ничегонеделанием и минимализмом. Следующие полгода она посвятила ремонтным работам, знатно встряхнув устои местных жителей, пока лазила по крыше в джинсовом комбинезоне, лично латая крышу и шлифуя рубанком перила, хотя им хватило бы и одной музыки, льющейся из ее старенького магнитофона. Баркер с детства любила ремонты, которые время от времени затевал Бенджамин и не раз строила с мальчишками дома на деревьях. Ей не нужны были помощники и советы. После долгих лет разрушений и гонок, она растворилась в созидании вокруг себя нового мирка.
И созидательный труд ей удавался, как выяснилось, настолько, что после пару оказанных ею услуг по просьбам соседей, это стало ее заработком. Она была плотником, маляром, штукатуром, расписывала стены. Помогала себе магией, но чаще обходилась без нее, впервые за долгие годы находя в том небывалое спокойствие. На несколько лет она напрочь забыла о мире волшебников, и впервые сунула нос в Косой переулок только спустя три года. Не потому что ей что-то понадобилось или она затосковала по магам. Все по тому же сиюминутному желанию.
Маггловские газеты не вещали о новой череде смертей, значит мирок жил мирной жизнью. Забавно, но такой он уже не казался таким интересным по ту сторону разделяющей стены. Всех тех, кто мог ее там удержать, уже не было. Кроме того, давным-давно [после его ареста] она разругалась со всеми оставшимися. И ее не разбирало любопытство о их судьбе и том, как устроилась их жизнь на чужих костях. Как когда-то давно, ей никто. не был. нужен.

+1

3

Человек не подозревает, как много он способен забыть.
Это и великое благо, и страшное зло. (с)

Удивительная вещь – время. Его ритм не уловим, он то ускоряется, то замедляется, а само время может тянуться целую вечность или пролететь как один миг. А наше дело – успеть выхватить из всего потока жизни то, чем мы будем дорожить всю оставшуюся жизнь, те воспоминания, которые мы будем хранить. Но порой забывается то, о чем хотелось бы помнить, и помнится то, о чем хотелось бы забыть. Но и то, и другое было, когда-то давно или недавно, и уже неважно, помним ли мы об этом. Важно, что оно было.

***
Много лет прошло с первой войны. Все, кто остался жив, начали новую жизнь. Для кого-то война послужила звеном, сцепляющим его с другими людьми, неразрывно и навек, а кто-то предпочел разорвать эту связь как можно раньше. И понять можно и тех, и других людей, просто потому что это не осквернение памяти, а всего лишь искренняя попытка наладить свою жизнь. Возможно, даже шанс наладить свою жизнь.
Эммелина была одна из тех, кто начал новую жизнь, но не разорвал связь с прошлым. Она дорожила им, дорожила тем, что было тогда, в 1979 году, и без чего она не стала бы тем человеком, каким являлась теперь. Вернее даже, без кого.
И тем не менее, ей уже двадцать девять лет, она уже несколько лет как замужем, с детьми. Дочь ее является одним из тех звеньев, которые не позволяют порвать со своим прошлым, и ее Эммелина любит больше всех. Она не любит признаваться в этом даже себе, считая это неправильным – разве может мать любить одного из своих детей больше других? Имеет ли она на это право? Но она знает, что дочь – самое ценное, что у нее есть. Ее дочь. Его дочь.
Выходя замуж за другого, она боялась, что предает свою любовь к Регулусу. Но ведь он не хотел бы, чтобы она останавливалась, правда? Чтобы ее жизнь заканчивалась вместе с ее, когда может продолжаться дальше? Не хотел бы. И это было ее единственной опорой, потому что она не была уверена ни в чем, даже в сегодняшнем дне. Война нанесла ей слишком глубокие раны, которые, быть может, не затянутся никогда, поэтому привычка жить сегодняшним днем и брать от него все стала для нее спасением.
Сегодня дети остались дома с отцом, а Эммелина оказалась предоставлена сама себе. В кои-то веки. Работа, семья, домашнее хозяйство превращали ее жизнь в безумный вихрь событий, из которого было не выбраться. Один день свободы – и она уже слабо представляет, что ей делать с этой свободой, она слишком непривычна. Поэтому, боясь соблазниться ей, миссис Саваж отправилась в Косой переулок – одно из самых привычных ей мест. Проходя по разным магазинам, она вспоминала то счастливое время – 1970 год, когда она оказалась здесь впервые, перед первым курсом. Совы, метлы, ингредиенты для зелий, мантии, книги и самое главное – волшебные палочки. Улыбаясь, она проводила рукой по форзацам учебников, расставленных в книжном магазине и ожидающих своих владельцев. Косой переулок был не был полон людей, поскольку на дворе был уже октябрь, но это не мешало ей представлять его живым, с той предучебной суетой.
Зайдя в одно из кафе, она сначала не заметила девушку, сидящую за одним из столов. А потом не могла узнать. Но затем…
- Хизер? Хизер Баркер? – осторожно, боясь ошибиться, спросила Эммелина, подойдя к столику той девушки. Губы расплывались в легкой улыбке, а глаза смотрели с надеждой. Только бы не ошибиться, только бы не ошибиться… - Быть может, ты помнишь меня…
Интуиция ее была уверена в своей правоте. Похоже, сегодняшний день будет полон воспоминаний…

+1

4

Она лишь смотрит пристально, не моргая, и запоздало улыбается. Я помню все, Эммелин Вэнс. Хотя хотела бы забыть - кажется, говорят в таких случаях. Проснуться однажды утром и не заметить, что упустила из виду время, когда будучи подростком, угодила на войну. Нет, это даже не нытье из разряда "Бедная я, несчастная, с безвозвратно загубленной молодостью". Никто меня не бросал в ту войну насильно. Сама шла, осознанно и самозабвенно. Это суждения со временем изменились.
Но забывать я не умею и не желаю. Делать вид, что ничего не было, даже искренне в это веря, - непродуктивно. А в нашем случае еще и мерзко мелочно ради доли комфорта выбросить на свалку тех, кто навсегда остался только в том отрезке времени. Желаю я теперь того или нет, самая шумная моя юность прошла на той  войне, с теми ребятами. И это, наверное, даже стоило этой гребанной войны, если иначе совсем никак. И изменить я желаю только одно. Что изменить никто не в силах. 
- Думаешь, бладжеры в конец выбили из меня остатки моего Рэйвенкло?! - усмехается она и на мгновение ее взгляд устремляется на стул напротив. Убедиться, что он там есть. Даже если совершенно не понимаешь, хотела бы ты, чтобы гостья из твоего прошлого его заняла или нет.
О чем мы будем говорить?! Между долгими неловкими паузами неуклюже задавать вопросы, которые я уже просчитала на раз?! Как дела, чем занимаешься и "не видела ли ты еще кого-нибудь из "наших"?! Пока неловкость не достигнет апогея на вопросе о личной жизни, которая не подразумевает ничего, кроме наличия мужа. Мои дела с некоторых пор перестали быть яркими и насыщенными событиями. Выскочка Баркер ушла на дно. Последнее, что со мной случалось яркого - я опрокинула банку с зеленой краской на веранде старика Клифа. Этим и занимаюсь. Крашу, пилю, ремонтирую и строю, без особых эмоций наслаждаясь впервые созидательной рутиной. И никаких "наших" больше нет. Развал оставшегося я пережила легче всего. Пожалуй, еще и сама подопнула для надежности. И готова спорить, я такая не одна. Кому нажен Орден, когда война закончилась?! Трогательные привязанности - не мой профиль. Я сбежала от редких посиделок за чаем, когда все натужно говорят о погоде и недавно открытом новом применении настоя маргариток от простуды, пока речь случайно не зайдет о ком-то из ушедших. Когда все будут замолкать и слабо улыбаться своим воспоминаниям.
Я нашла жуткий повод. В лучших традициях Дюма. И малодушно избавилась от живых, предпочтя им память об ушедших.
О чем ты планируешь говорить, Эммилин Вэнс?! О погоде и победе Татшильдских Торнадо в конце прошлого сезона?! Или мы будем всопминать, как здорово было раньше, словно две вдовствующие старушки?!
- Снова куришь?!
- Только не говори моим родителям!
- Они и мои тоже.
- Готова уступить свой пакет акций по сходной цене.
Кристина то ли не поняла шутки, то ли не нашла ее смешной и промолчав, подошла ближе к перилам.
- Да ладно, я имела ввиду Кортни...Ну хоть это тебя веселит - усмехнулась Баркер, увидев боковым зрением, как сестра улыбнулась.
- Ты по нему скучаешь?
- По кому? - с напускной рассеянностью спросила она, но голос старшей сестры звучал словно натянутая струна.
- Ох, Хизер, по Нему...

- Я помню все, Эммилин Вэнс.
Вытянутые под столом ноги позволяют двинуть стул напротив в нелепом жесте приглашения присесть.
...И это даже не мешает мне жить. Только вот думается порой, не должна ли была пропасть в той войне с остальными. Ведь не сильнее была и не лучше. Не опытнее в разы, лезла на рожон, да только вот сберегло что-то. И думать погано, что кто-то там занял мое место.

+1


Вы здесь » Momento Amore Non Belli » Архив незавершенных отыгрышей » Дырявый котел (Октябрь 1988 года)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC